Вконтакте Facebook Twitter Одноклассники InstagramGoogle+
 
 
 
ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА

"Мамаево побоище", или "Побоище на Дону" – так называлось это сражение между общерусским войском во главе с московским князем Дмитрием Ивановичем и войсками темника Мамая и его марионеточного хана Тюляка (Тулунбека). Термин Куликовская битва был впервые применен русским историком Н. М. Карамзиным. Об этом сражении мы знаем и много, и мало.


    Первые летописные повести о Куликовской битве, созданные практически сразу после сражения, содержат минимум информации о событии. Литературные произведения XVI–XVII веков "Задонщина", "Сказание о Мамаевом побоище" насыщены различными, порой фантастическими подробностями, недостоверными фактами и историческими ошибками. В то же время ни одно событие средневековой истории России не нашло столь широкого отражения в летописной, литературной и живописной традиции.

    Причин похода Мамая на Русь источники называют несколько. Летописные повести называют среди них желание Мамая отомстить за поражения в битве на реке Воже в 1378 году, где войско, посланное Мамаем, потерпело сокрушительное поражение. Был убит мурза Бегич и 5 ордынских темников. Другая причина была экономической. Мамай хотел заставить Москву платить дань как при хане Джанибеке, то есть регулярно выплачивать "выход" в больших размерах (может быть в два раза), чем это было оговорено в 1371 году, когда Орда выдала ярлык князю Дмитрию Московскому на великое княжение владимирское. Пользуясь неразберихой в Орде, Москва с 1374 году вообще прекратила платить ордынскую дань. Средства были крайне необходимы Мамаю для сохранения войска и привлечения новых сторонников в борьбе за власть в Золотой Орде.

    После поражения Бегича Мамай основательно в течение 1379 и первой половины 1380 года готовился к походу на Москву. По сообщению источников темник привлек в качестве союзника противника Москвы великого князя литовского Ягайло, а также вел переговоры с Олегом Рязанским, надеясь на старые противоречия между Москвой и Рязанью. В поход были мобилизованы все подвластные Мамаю земли правобережья Волги, Крыма и Северного Кавказа. В летописных повестях о Куликовской битве упоминаются как участники коалиции Мамая наемные отряды итальянских колоний в Крыму ("фрязы"), черкасы (адыги), ясы (осетины), бесермяне, буртасы и армяне (народы и переселенцы Волжской Булгарии). В начале лета 1380 года Мамаева Орда медленно двинулась из кочевой ставки темника в низовьях Дона на Русь, следуя вверх по течению этой реки. Мамай не спешил, так как он ожидал подхода союзников к осени для совместного движения на Русь. В начале августа войско Мамая достигло устья Воронежа. Олег Рязанский, видя у границ своего княжества сильное ордынское войско, вынужден был обещать Мамаю выплату дани и посылку военной помощи, которая, скорее всего, так и не пришла к темнику.

    О нашествии Мамая на Москве стало известно в конце июля – начале августа от разведчиков или от рязанского князя. Понимая неизбежность открытого военного столкновения с войсками Мамая, Дмитрий Иванович на военном совете, в котором приняли участие ближние московские бояре и его двоюродный брат Владимир Андреевич Серпуховской, приняли решение о сборе полков и ратей всего Московского княжества и союзных князей. Тогда же решено было выслать военную разведку ("сторожу") к Тихой Сосне для наблюдения за ордой Мамая. Вероятно, к этому времени относится и поездка князя Дмитрия в Троицкую обитель к Сергию Радонежскому. Перед суровыми испытаниями самого крупного за полуторавековую историю Руси прямого вооруженного сопротивления войскам Золотой Орды Дмитрий нуждался в моральной поддержке. Учитывая то, что в это время на Руси не было митрополита, факт поездки Дмитрия к Сергию не подлежит сомнению.

    Сбор всего войска был назначен в Коломне 15 августа. Коломна являлась важным стратегическим пунктом на южных рубежах московской земли. Перед отправкой полков из Москвы Дмитрий, не имея сведений от первой сторожи, посылает в степь вторую. В Коломне был проведен смотр войск, собранные силы объединены в крупные воинские соединения-"полки", были назначены воеводы полков, определен походный порядок движения. Здесь в поле была отправлена третья сторожа. В Коломну к московскому князю приехали ордынские послы с требованием Мамая о выплате дани, как при хане Джанибеке. 20 августа войско Дмитрия отправилось из Коломны вверх по Оке, следуя по ее левому берегу до устья Лопасни, постоянно собирая данные о противнике. Из Коломны в поход на Дон выступили отряды и полки из городов и волостей великого княжения Москвы, Коломны, Звенигорода, Можайска, Серпухова, Боровска, Дмитрова, Переяславля, Владимира, Юрьева, Костромы, Углича, дружины Белозерского, Ярославского, Ростовского, Стародубского, Моложского, Кашинского, Вяземско-Дорогобужского, Тарусско-Оболенского, Новосильского, Муромского, Елецкого, Мещерского княжеств, Пскова и Новгорода Великого, а также служилого московского князя Романа Михайловича Брянского. Однако на Куликово поле не пришли полки Нижегородского княжества, обескровленного постоянными набегами ордынцев. Не появились и рати Михаила Тверского, который сознательно выжидал результатов похода Мамая. О сложной позиции Олега Рязанского мы говорили выше. Таким образом, силы трех великих княжеств Северо-Восточной Руси не приняли участия в битве.

    У устья Лопасни к общерусскому войску присоединились полки под командованием князя Владимира Андреевича Серпуховского и московского воеводы Тимофея Вельяминовича. 26-27 августа русские полки переправились через Оку и двинулись вдоль пограничья рязанских земель на юг на сближение с Мамаем. Смысл данного маневра заключался, по мнению большинства историков, в том, чтобы вклиниться между возможными союзниками Мамая и не дать им соединиться. Последняя остановка русских войск перед броском к Дону состоялась в местечке Березуй, куда подошли дружины литовских князей Дмитрия и Андрея Ольгердовичей. 6 сентября русские достигли Дона и встали лагерем. Согласно последним историко-археологическим исследованиям, последний участок пути русские воины двигались по сухопутной дороге, известной в более позднее время как Старая Данковская, трасса которой пролегала по водоразделу рек Дона и Мокрой Таболы. Лагерь русских войск располагался в устье реки Мокрая Табола. 7 сентября произошел бой сторожевых отрядов русского и ордынского войск, в котором победа осталась за первыми. Мамай пришел в ярость, узнав о подходе войск Дмитрия. Разведчики сообщили московскому князю, что ордынцы стоят лагерем на Гусином броду в одном переходе от русского лагеря, в верховьях реки Красивая Меча. На военном совете решено было дать сражение Мамаю за Доном. В ночь с 7 на 8 сентября 1380 года полки начали форсировать Дон. Предварительно через реку перешел Засадный полк для прикрытия переправы всего русского войска. В последнее время историки оценивают численность русских войск на Куликовом поле не более нескольких десятков тысяч воинов (В. А. Кучкин). Численный перевес был на стороне Мамая. Подобное скопление воинов было огромным в глазах современников. В то время столкновение ратей, превышавших несколько тысяч, считалось крупным сражением. Поэтому в источниках приводятся столь фантастические сведения о численности участников Куликовской битвы.

    Туманным утром 8 (21) сентября в субботу в день Рождества Пресвятой Богородицы русские полки начали разворачиваться в боевой порядок лицом на юг. Согласно "Сказанию о Мамаевом побоище", далеко вперед были выдвинуты отряды Сторожевого полка. Первую линию русского строя составлял Передовой полк. За ним стояла основная линия войск Дмитрия с Большим полком в центре и крыльями (полки Правой и Левой руки). За большим полком, вероятно, располагался частный резерв. Предугадывая ход битвы, русские воеводы оставили в стороне от общей линии полков сильный общий резерв – Засадный полк. По последним научным данным русские полки выстроились, имея за спиной Дон и Непрядву, между балкой Рыбий верх и рекой Смолка, занимая фронт не более полутора километров. Склоны балки, речки и их отвершки были густо залесены. Таким образом, для наступления у Мамая оставался узкий водораздельный степной коридор, не дававший возможность ордынцам развернуться и применять излюбленные фланговые охваты.

    Далеко впереди русские воины услышали гул приближающегося ордынского войска. Мамаю понадобилось еще некоторое время, чтобы перестроить свои силы из походного в боевой порядок. Первыми в схватку вступили сторожевые отряды. Источники донесли до нас, что князь Дмитрий участвовал в схватке боевых охранений, так называемом "первом суиме". Московскому князю было важно увидеть своими глазами развернутое построение войск Мамая. Затем он отошел в Большой полк, чтобы руководить сражением. Само сражение длилось три часа – с 6-го по 9-й час по древнерусскому счету времени, то есть с 10 часов 35 минут до 13 часов 35 минут. После схваток сторож ордынцы всей силой обрушились на Передовой полк, который практически полностью погиб, но ослабил наступательный порыв войск Мамая. Затем в бой вступили главные силы. Около двух часов русские полки сдерживали непрерывные атаки мамаевой конницы на узком и тесном пространстве "... от великой тесноты задыхахуся, яко немощно бе вместитися на поле Куликовом...". Примерно в половину первого дня "начаша одолевать погани". Согласно "Сказанию...", ордынцам удалось прорваться на левом фланге русских сил и выйти в тыл Большому полку. Московский князь был ранен. Создалась критическая ситуация полного окружения и уничтожения всей рати Дмитрия Ивановича. В этот момент в бой вступил Засадный полк (о нем  пишут "Задонщина" и "Сказание..."), который располагался недалеко от полка Левой руки в большом лесном массиве "Зеленая Дубрава". Введение в сражение свежих русских сил коренным образом изменило ситуацию на поле боя. Среди ордынцев началась паника. Войска Мамая обратились в бегство. Преследование ордынцев возглавил Владимир Серпуховской. Оно длилось до темноты.

    Разгром противника был полным, большинство ордынских воинов было убито в бою или во время бегства. Был захвачен стан Мамая со всем имуществом и стадами. Несколько дней русские воины хоронили павших и собирали трофеи. Затем 14 сентября поредевшее русское войско двинулось назад. Во время движения отдельные отряды войск Дмитрия подверглись нападениям со стороны рязанцев. В 20-х числах сентября русское войско подошло к Коломне. Здесь войско простояло несколько дней, а затем двинулось в Москву. 1 октября москвичи торжественно встречали героев Куликовской битвы.

    С. М. Соловьев писал, что Куликовская битва была "знаком торжества Европы над Азиею", носила характер их "отчаянного столкновения ... долженствовавшего решить великий в истории человечества вопрос – которой из этих частей света восторжествовать над другою". А. Е. Пресняков отмечал, что битва сгубила Мамая, но не создала перелома в русско-ордынских отношениях. Это одна из наиболее значительных битв в истории Москвы,  символизировавшая основную тенденцию времени. Несомненно, Донское побоище положило начало концу ига. Можно говорить и о сдвигах в сознании. Был сломлен стереотип предшествующего столетия, о котором точно и красочно написал А. Терещенко: "Мы думали, что нельзя восстать противу угнетателей, что одна небесная сила, а не человек, могла бороться с врагами веры и народности. Утрата независимости обезоруживала нас, и мы, как низкие поклонники, не смели замышлять о справедливой свободе: деспотизм давил". Куликовская битва показала, что есть предпосылки для окончательного освобождения, что созрели силы для отпора врагу, есть организатор их – московский князь. Беспримерный поход русских войск за Дон сделал Московское княжество признанным центром антиордынской борьбы. Противостояние Московского великого княжества с Мамаевой Ордой завершилось крахом последней. Дмитрий Донской не позволил Мамаю восстановить власть над русскими землями. Но другим невольным результатом Куликовской победы стало нарушение существовавшего почти 20 лет неустойчивого равновесия между двумя частями Орды. Объективно более всего конкретную политическую выгоду от поражения Мамая на Куликовом поле получил хан Тохтамыш. Разгром Мамая способствовал объединению Золотой Орды под его властью. Но в народной памяти Мамаево побоище, окрашенное, впрочем, в трагические тона из-за гибели многих русских воинов, осталось символом великой победы, дав мощный толчок национальному самосознанию и созиданию общерусской государственности с центром в Москве.